как брали Кёнигсберг
admin posted in Без рубрики on Ноябрь 3rd, 2007
Есть на ГСПО товарищ Фрей Лис, интересующийся предметом. Последнее время выкладывает оченно интересные сканы (и распознанный текст). С его согласия переношу в ЖЖ
Наступление 31-й гвардейской стрелковой дивизии с прорывом укреплений в районе Кенигсберга (6–9 апреля 1945 г.)
Обстановка и задача дивизии
В апреле 1945 г. во время разгрома кенигсбергской группировки немецко-фашистских войск 11-я гвардейская армия наносила удар по Кенигсбергу с юга.
16-й гвардейский стрелковый корпус, в состав которого входила 31-я гвардейская стрелковая дивизия, получил задачу, наступая на направлении главного удара армии, прорвать оборону противника на участке (иск.) фл. Нойфорверк, перекресток шоссе и железной дороги 600 м западнее Бол. Каршау, овладеть рубежом отметка 17,1, сад 200 м южнее казармы, северная окраина Праппельн; в последующем, развивая наступление, овладеть районом Понарт и к исходу дня выйти на северный берег реки Беек.
Уяснив поставленную задачу, командир 16-го гвардейского корпуса гвардии генерал-майор Гурьев С. С. решил главный удар наносить правым флангом, имея боевой порядок корпуса в два эшелона: в первом эшелоне — 1-я и 31-я гвардейские дивизии и во втором эшелоне — 11-я гвардейская дивизия.
23 марта командир корпуса на рекогносцировке поставил 31-й гвардейской стрелковой дивизии (командир дивизии генерал-майор Бурмаков И. Д., начальник штаба подполковник Скоков И. М.) следующую задачу: нанося главный удар правым флангом в направлении казармы на южной окраине Понарт, товарная станция, прорвать оборону противника на участке безымянный поселок 300 м севернее Верхн. Каршау, перекресток железной и шоссейной дорог 600 м западнее Бол. Каршау и овладеть рубежом (иск.) к. Понарт, сад 200 м южнее казарм у Понарт, северо-восточная окраина Праппельн; в последующем овладеть Понарт и к исходу дня выйти на северный берег реки Беек на участке между восточным и западным железнодорожными мостами севернее Понарт.
Командир корпуса сообщил командиру дивизии, что справа будет наступать 1-я гвардейская стрелковая дивизия с ближайшей [278] задачей овладеть рубежом отметка 17,1, к. Понарт и к исходу дня выйти на северный берег реки Беек в своей полосе наступления.
Слева наступает 84-я гвардейская стрелковая дивизия 36-го гвардейского стрелкового корпуса с ближайшей задачей овладеть Праппельн. Готовность дивизии к наступлению была установлена к исходу 4 апреля.
11-я гвардейская стрелковая дивизия — второй эшелон 16-го гвардейского корпуса — должна была сосредоточиться в рощах южнее Голлау. Она получила задачу наступать за 1-й гвардейской дивизией и с выходом последней на северный берег реки Беек сосредоточиться в районе Понарт и быть в готовности развить успех частей первого эшелона корпуса в зависимости от обстановки.
К моменту получения задачи на наступление 31-я гвардейская дивизия оборонялась на фронте сараи 1 км юго-западнее фл. Нойфорверк, Верхн. и Бол. Каршау и далее к юго-западу до линии железной дороги.
Характеристика местности и обороны противника
Подступы к городу Кенигсберг в полосе наступления 31-й гвардейской стрелковой дивизии представляли собой открытую равнину с небольшими пологими возвышенностями, застроенную жилыми и фабричными постройками. Пригородные населенные пункты Праппельн и Понарт, которые находились в полосе наступления дивизии, имели большое количество двух — и трехэтажных кирпичных домов, что способствовало противнику создать прочную оборону.
На подступах к Кенигсбергу протекает река Беек, а в центре города — река Прегель, которые служили естественными препятствиями на пути наступления наших войск.
Река Беек шириной 15–20 м, глубиной 1,2–1,5 м, с пологими берегами и твердым дном не представляла сколько-нибудь значительного препятствия, но ее пойма шириной более 500 м была заболочена и непроходима для танков и колесного транспорта.
Более существенной водной преградой являлась река Прегель, имеющая ширину 80–100 м и глубину, исключавшую возможность преодолеть ее вброд. Берега реки Прегель облицованы бетоном и камнем и возвышаются над водой на 1,5–2 м.
Оборона противника в полосе наступления 31-й гвардейской стрелковой дивизии состояла из трех позиций.
Первая позиция глубиной до 1,5 км проходила по линии южная окраина безымянного поселка 300 м севернее Верхн. Каршау, отметка 20,3, фл. Мал. Каршау и состояла из двух траншей. Передний край обороны противника в полосе дивизии, представлявший собой прерывчатую траншею полного профиля с пулеметными площадками и ходами сообщения, на всем протяжении был прикрыт сплошными противопехотными и противотанковыми минными полями и на отдельных участках проволочными заграждениями. Вторая траншея была подготовлена на линии к. Понарт, южная часть сада, корч. на восточной окраине Праппельн. [279]
Вторая позиция глубиной более 2 км состояла из трех траншей. Первая траншея была оборудована по южной окраине Понарт, а вторая траншея — в центре этого населенного пункта. Траншеи соединялись между собой и с приспособленными к обороне домами сетью ходов сообщения. В глубине обороны, по северному берегу реки Беек, вдоль насыпи железной дороги была оборудована третья траншея с большим количеством пулеметных площадок.
Третья позиция обороны противника проходила в районе товарной станции, имела подготовленные траншеи и убежища для личного состава. Основу обороны этой позиции составляли опорные пункты, оборудованные в кирпичных зданиях и в железнодорожных служебных постройках.
Вся полоса обороны противника была густо насыщена долговременными оборонительными сооружениями и бункерами. В полосе наступления 31-й дивизии на переднем крае обороны противника имелось два бункера (у отметки 20,3 и у перекрестка шоссе и железной дороги), представлявшие собой убежища с кирпичными стенами толщиной до 1,5 м, железобетонным потолком толщиной до 2 м и с земляным покрытием толщиной до 3 м. Внутри бункеров были казематы (комнаты) для размещения людей, а рядом с бункерами располагались огневые точки. Над землей бункеры возвышались до одного метра. В глубине обороны противника было еще несколько таких бункеров. В зданиях, оборудованных для обороны, были усилены стены, замурованы окна, оборудованы бойницы и амбразуры для ведения пулеметного и артиллерийского огня; подвалы были превращены в убежища для людей и склады для боеприпасов. Улицы преграждались баррикадами, надолбами, завалами.
В полосе наступления 31-й гвардейской дивизии на первой позиции оборонялись подразделения 171-го пехотного полка 56-й пехотной дивизии. Из показаний пленных было известно, что в пехотных ротах 2-го батальона этого полка насчитывалось по 80–90 человек, а всего в батальоне около 300 человек. В резерве полка находилась одна пехотная рота, которая располагалась во второй траншее. До трех пехотных батальонов и один артиллерийский противотанковый дивизион находились в районе Понарт. Кроме того, в районе Понарт и на северном берегу реки Беек были установлены огневые позиции трех дивизионов артиллерии.
В полосе наступления дивизии противник с учетом резервов имел 4–5 батальонов пехоты, 50–60 орудий калибром 75 мм и выше, 20–25 минометов, 20 орудий противотанковой обороны и не менее 25 пулеметов.
Характеристика 31-й гвардейской стрелковой дивизии
31-я гвардейская стрелковая дивизия имела большой боевой опыт, полученный в ходе Великой Отечественной войны. В частности, дивизия участвовала в 1943 г. в Орловской и в 1944 г. в Витебской наступательных операциях. За успешные действия в районе [281] Витебска и за участие в овладении городом Витебск ей было присвоено наименование «Витебская». В 1944 г. дивизия вела наступательные бои в районе Орши, а в январе 1945 г. участвовала в наступлении в Восточной Пруссии. К началу наступления на Кенигсберг дивизия имела в своем составе 4528 человек и на вооружении, кроме винтовок и автоматов, 105 ручных и 53 станковых пулемета, 45-мм орудий — 23, 82-мм минометов — 45, 120-мм минометов — 14, 76-мм пушек ПА — 6, 76-мм ДА — 32 и 122-мм — 10.
В состав дивизии входили: 95, 97 и 99-й гвардейские стрелковые полки, 64-й гвардейский артиллерийский полк и 36-й отдельный гвардейский самоходно-артиллерийский дивизион. В каждом стрелковом полку было по три стрелковых батальона, в каждом батальоне — по две стрелковые роты. Стрелковые роты имели по 60–65 человек личного состава.
Из средств усиления дивизии были приданы батарея тяжелого самоходно-артиллерийского полка (4 САУ-122), истребительно-противотанковый артиллерийский полк, минометный полк, гаубичный артиллерийский полк, две батареи корпусного артиллерийского полка, батальон штурмовой инженерно-саперной бригады, отдельный моторизованный противотанковый огнеметный батальон и взвод отдельного батальона ранцевых огнеметов.
Во время атаки дивизии дополнительно должны были поддерживать минометный полк и дивизион пушечной артиллерийской бригады. Кроме того, в полосе дивизии должна была действовать артиллерия из состава корпусной и армейской артиллерийских групп…
…Таким образом, в полосе дивизии было сосредоточено 252 орудия и миномета калибром 76 мм и выше, что позволяло иметь плотность 126 орудий и минометов на 1 км фронта. С учетом артиллерии армейской артиллерийской группы плотность повышалась до 140 орудий и минометов…
…Созданное в полосе наступления дивизии превосходство над противником позволяло ей успешно выполнить поставленную задачу. [282]
Организация боя
…
…Боевое обеспечение
Разведка. Для наблюдения за противником в полосе дивизии была организована широкая сеть общевойсковых и артиллерийских наблюдательных пунктов. На наблюдательных пунктах было организовано круглосуточное дежурство офицеров. Тщательно организованное наблюдение за противником позволяло отмечать малейшие изменения в режиме огня противника, в организации службы на переднем крае. Так, на основе данных наблюдения было сделано предположение о смене в ночь на 2 апреля подразделений противника на переднем крае. С целью уточнения этих данных в ночь на 4 апреля в районе отметки 20,3 была проведена разведка боем, в результате [289] которой был захвачен пленный, который показал, что действительно в ночь на 2 апреля подразделения 159-го пехотного полка были сменены подразделениями 171-го пехотного полка.
Кроме наблюдения, перед началом наступления (с 1 по 6 апреля) ежедневно в полосе дивизии велись разведывательные поиски, заканчивавшиеся захватом контрольных пленных.
В результате активных действий всех видов разведки во время подготовки наступления достаточно полно были установлены места оборонительных сооружений и группировка противника.
Противотанковая оборона. Задача борьбы с танками противника возлагалась на всю артиллерию дивизии. Специальных артиллерийских частей и подразделений для противотанковой обороны и артиллерийско-противотанкового резерва в дивизии не выделялось. Для закрепления захваченных рубежей и объектов, а также для прикрытия флангов боевого порядка дивизии от контратак танков противника был создан подвижный отряд заграждений в составе саперного взвода, саперного батальона дивизии и роты фугасных огнеметов отдельного моторизованного противотанкового огнеметного батальона. В саперном взводе имелось 500 противотанковых и 300 противопехотных мин, 150 кг взрывчатых веществ. Все это перевозилось на двух автомашинах. Отряд заграждений перед началом прорыва был сосредоточен на южной окраине Годринен, а с овладением первой траншеей противника он должен был перейти в район перекрестка шоссейных дорог западнее Бол. Каршау. В дальнейшем отряд заграждений должен был действовать по указанию командира дивизии.
Противовоздушная оборона. Господство в воздухе было на стороне нашей авиации, тем не менее противовоздушная оборона была организована как армией, так и каждым соединением и частью.
В исходном положении группировку войск на направлении главного удара корпуса прикрывал зенитно-артиллерийский полк, с началом наступления в полосу корпуса выдвигался еще один зенитно-артиллерийский полк (среднего калибра). Отдельная зенитно-пулеметная рота дивизии до начала наступления использовалась для прикрытия командного и наблюдательного пунктов дивизии. С началом наступления взводы зенитно-пулеметной роты придавались штурмовым группам. В стрелковых подразделениях для стрельбы по воздушным целям было приспособлено до 40% пулеметов и противотанковых ружей. В каждой роте было выделено одно стрелковое отделение для ведения залпового огня по снижающимся самолетам противника. Ко 2 апреля весь автотранспорт и материальная часть артиллерии были окопаны и замаскированы. Посты воздушного наблюдения, оповещения и связи были организованы при штабах дивизии, стрелковых и артиллерийском полках.
Маскировка. В целях маскировки готовившегося наступления в полосе корпуса с 26 марта было запрещено движение в светлое время суток автотранспорта, обозов, артиллерии и боевых машин по дорогам, идущим к линии фронта. Личному составу разрешалось передвигаться группами не более 5–6 человек. При проведении рекогносцировок [290] для офицеров всех родов войск была установлена форма рядового и сержантского состава пехоты.
Для контроля за соблюдением правил маскировки были выставлены офицерские посты…
Занятие исходного положения
Начало наступления планировалось на 5 апреля. Поэтому до 4 апреля в первой траншее находилось по одной стрелковой роте от каждого батальона первого эшелона, в ночь на 5 апреля в первую траншею были выведены остальные подразделения батальонов первого эшелона.
В связи с переносом срока наступления на 6 апреля командир корпуса приказал дивизии ночью на 6 апреля провести разведку боем с задачей установить наличие живой силы противника в первой траншее и захватом пленных определить, не произвел ли противник смену своих частей, а также уточнить систему огня противника.
Для выполнения этой задачи командир дивизии приказал создать две разведывательные группы в составе усиленного взвода каждая. Разведывательному взводу, выделенному из разведывательной роты дивизии, было приказано действовать в направлении отметки 20,3, а разведывательному взводу 97-го гвардейского стрелкового полка — в направлении перекрестка шоссейных дорог западнее Бол. Каршау.
В 3 часа 6 апреля разведывательные группы приступили к выполнению своих задач.
При подходе к переднему краю противника разведывательные взводы были встречены сильным пулеметным и минометным огнем противника и были вынуждены отойти в исходное положение. Несмотря на то, что захватить пленных не удалось, разведывательные взводы своими действиями позволили командованию дивизии определить наличие противника на переднем крае и уточнить расположение некоторых его огневых точек. [293]
продолжение воспоследует